В августе 2026 года ОС Haiku отметила 25‑летие, а спустя неделю разработчики выпустили R1/beta6. Это, конечно, забавно: проекту четверть века, а единицы перед точкой все еще нет. Однако шестая бета — это вполне себе самостоятельная ОС с собственным ядром, графической средой и свежим Firefox.
Она способна загрузиться на компьютере с Pentium II, при этом ее разработчики уже пробуют ARM64 и Apple M1. Правда, пока получается не очень. Давайте вспомним, как появилась ОС и посмотрим на главные этапы ее развития.
BeOS — отличная техника без большого рынка
BeOS появилась в первой половине девяностых, и широкая публика впервые столкнулась с ней на компьютере BeBox. За всем этим стояла компания, которую основал бывший глава Apple Жан‑Луи Гассе. Первую версию для разработчиков выпустили в 1995 году, и поначалу она работала на PowerPC.
Авторы метили в цифровой звук, видео и все то, в чем нуждался пользователь. Отсюда и пошла ставка на симметричную многопроцессорность и вытесняющую многозадачность. Двухпроцессорный BeBox в этом смысле был скорее наглядной демонстрацией задумки, чем массовым компьютером. Позже ОС перенесли на обычные x86‑машины, но характер системы от смены архитектуры никуда не делся.
Пользователь замечал это и без чтения документации. Одна зависшая программа не блокировала весь рабочий стол, звук не прерывался при копировании данных, интерфейс не терял отзывчивости под нагрузкой. Графические компоненты обменивались сообщениями, каждое окно обрабатывалось в отдельном потоке.
Файловая система BFS поддерживала расширенные атрибуты, позволяла строить по ним индексы и выполнять быстрые запросы. Письмо, трек или изображение могли иметь собственные метаданные наравне с именем и расположением. Сегодня это воспринимается как норма, но в середине девяностых такие возможности выгодно отличали BeOS от других домашних систем.
Хорошая инженерия, впрочем, не обеспечила места на витринах. В 1996 году Apple рассматривала BeOS как основу для будущей Mac OS, однако в итоге купила NeXT и вернула Стива Джобса. После этого Be попыталась закрепиться на рынке ПК, договорилась с несколькими производителями и в 2000‑ом бесплатно выпустила Personal Edition.
Пользователей стало больше, но нехватка прикладного софта и узкая поддержка оборудования никуда не делись. Затем фирма переключилась на интернет-устройства, но денег на продолжение работы уже не хватало. В августе 2001 года она объявила о продаже своих активов Palm, и на этом официальное развитие настольной BeOS закончилось.
Перед уходом Be успела открыть исходники файлового менеджера Tracker и панели Deskbar, но остальная платформа осталась закрытой. Энтузиасты получили два важных компонента, документацию к API и набор уже собранных приложений, хотя готового фундамента для нового выпуска у них не было. 18 августа 2001 года Майкл Фиппс отправил в почтовую рассылку письмо, с которого начался OpenBeOS.
Цель была понятной: заново написать совместимую замену BeOS R5 и сохранить возможность запускать прежний софт. В 2004‑ом проект пришлось переименовывать из‑за чужих прав на торговую марку. В итоге выбрали Haiku — название подсмотрели в стихах, которые браузер NetPositive показывал при ошибках сети. Так Haiku стала не темой для Linux, а самостоятельной операционной системой, написанной практически с нуля.
Почему R1 занимает четверть века
Haiku часто называют клоном BeOS, хотя это слово не совсем отражает масштаб проделанной работы. От предшественницы напрямую перешли только Tracker и Deskbar — все остальное, включая ядро, службы, драйверы и системные библиотеки, писали с нуля. Основой послужила NewOS, которую разработал бывший инженер Be Трэвис Гайзельбрехт, а уже на ее базе выросла самостоятельная платформа.
Авторы воссоздали объектный API, набор системных компонентов и привычную логику рабочего стола. На 32‑разрядной сборке большинство старых приложений запускаются без перекомпиляции. В официальном FAQ эти различия разобраны отдельно. Из‑за них восстановить чужой замысел заметно труднее, чем перенести один интерфейс.
Но эта совместимость стала и главным тормозом. Разработчики обычной ОС могут безболезненно убрать устаревший системный вызов или переделать библиотеку — под новую версию программисты просто пересоберут свои приложения.
В случае с Haiku такой фокус может угробить приложение, которое вышло двадцать лет назад и давно никем не поддерживается. Поэтому 32‑разрядная версия до сих пор сидит на своей старой ветке GCC 2, а для современного софта держит рядом GCC 13. У сборки для x86_64 этой ностальгии нет: API остался знакомым, но бинарники BeOS она не запускает. Команда фактически тянет две платформы, и у каждой — свои пакеты, свои проверки и свои правки.
Второе ограничение куда прозаичнее — людей мало. Большую часть кода пишут добровольцы, а не отдел с квартальным планом и десятками штатных инженеров. Некоммерческая организация Haiku, Inc. собирает пожертвования, оплачивает серверы и встречи программистов. Из тех же средств финансируется работа одного подрядчика — все время подготовки beta6 разработчик waddlesplash занимался системой за вознаграждение.
За время между предыдущим и нынешним выпуском доступ к главному репозиторию получил лишь один новый участник. Чтобы оценить темп, достаточно посмотреть на даты: первая альфа вышла в 2009‑ом, beta1 — в 2018‑ом, beta5 — в 2024‑ом. Цифры сами говорят за себя — проект движется медленно, но стабильно.
Пока небольшая команда доводит ядро, внешний мир не стоит на месте. Появляются новые чипы, свежие адаптеры Wi‑Fi, а современный браузер тащит за собой миллионы строк кода и кучу зависимостей, которые постоянно обновляются. Часть этого разрыва удается закрыть за счет переноса сетевых драйверов из FreeBSD и OpenBSD.
Прикладной софт живет в отдельном проекте HaikuPorts, где собирают Qt‑ и GTK‑программы, приложения KDE, LibreOffice, медиаплееры, языки программирования и сотни утилит. Но в любом случае каждый порт приходится подгонять под необычную среду. Это долго, хотя пока разработчики справляются.
При этом у Haiku нет задачи любой ценой отвоевать долю у Windows, macOS или Linux. Цель скромнее: цельная настольная среда, где ядро, графический стек, службы и штатные программы развиваются по единому замыслу. В привычном дистрибутиве базовые части приходят из десятков независимых источников, здесь же их контролирует одна небольшая группа. Это позволяет менять сразу несколько уровней системы и не подстраиваться под чужой рабочий стол.
В примечаниях к beta6 отдельно сказано: «В собственных компонентах нет кода и других материалов, созданных генеративными моделями». И это, наверное, круто, как считаете? Давайте оценим изменения и дополнения.
Что изменилось в beta6
Самое заметное приобретение нового выпуска — нормальный Firefox. Первые работоспособные сборки Gecko появились для Haiku вскоре после beta5, затем порт стабилизировали и получили разрешение Mozilla на официальное название.
HaikuDepot теперь предлагает также LibreWolf, Waterfox, Floorp и Icedove — вариант Thunderbird без фирменного оформления. Пока весь этот набор рассчитан только на x86_64 и местами уступает версиям для более распространенных платформ. Встроенный WebPositive по-прежнему использует однопроцессный HaikuWebKit.
Многопроцессный режим родного движка уже позволяет показывать простые сайты, но в beta6 эта возможность еще выключена. Для повседневной работы появление Firefox важнее многих эффектных функций, поскольку без актуального браузера остальная система быстро превращается в стенд для опытов.
Менее заметных изменений гораздо больше. За два года разработчики закрыли свыше 530 ошибок и запросов на улучшение, причем немалая часть работы ушла на блокировки, кэши и базовые функции библиотек. Определение MIME-типа ускорилось в пять-десять раз, а пропускная способность неименованных каналов выросла с сотен мегабайт до нескольких гигабайт в секунду.
В тестовом репозитории на 160 тысяч файлов команда сократила время git status при прогретом дисковом кэше с 15 до 2,5 с. Полная сборка HaikuWebKit на той же машине теперь занимает 2 часа 33 минуты вместо 4 часов 53 минут. В примечаниях к beta6 честно указано, что в обычных задачах компиляции ОС все еще примерно на 40% медленнее Linux, так что частное ускорение пока нельзя считать общим.
Немало исправлений связано с расходом ОЗУ. Служебные структуры packagefs теперь требуют примерно на 20% меньше памяти, загрузчик перестал оставлять после старта до сотни лишних мегабайт, а реализацию malloc в пользовательском пространстве заменили вариантом на основе кода OpenBSD. Новый распределитель быстрее отдает системе освобожденные страницы и спокойнее ведет себя в долго работающих приложениях.
Haiku по умолчанию не обещает программам больше ОЗУ, чем может предоставить, поэтому аналога Linux OOM killer здесь нет. При нехватке ресурсов система возвращает ошибку, ядро и драйверы должны ее правильно обработать — в beta6 починили немало редких сбоев на этом пути. В итоге урезанная 32‑разрядная установка снова загружается со 128 МБ, хотя для нынешнего Веба такой объем, разумеется, бесполезен.
Механизм установки пакетов тоже устроен по-своему. Каждый HPKG — это сжатый образ, а при запуске, packagefs объединяет такие файлы в единое дерево каталогов. Чтобы добавить программу, достаточно подключить новый слой — предыдущий набор можно выбрать прямо в загрузчике, если обновление оказалось неудачным. Раньше сохраненные варианты копились бесконечно и понемногу «съедали» диск. Теперь SoftwareUpdater удаляет устаревшие состояния по расписанию, а консольный pkgman предлагает уборку, когда архив разрастается.
На рабочем столе ничего кардинально не меняли. Tracker научился ограничивать запросы выбранными папками, Screenshot получил выделение области, а Team Monitor стал группировать дочерние процессы браузеров и терминалов. Куда интереснее поведение app_server, который управляет окнами и отрисовывает весь интерфейс. После его аварии служба запускается заново, открытые приложения переподключаются и в большинстве случаев сохраняют свое состояние.
Прежде такой сбой обрывал весь сеанс и заставлял возвращаться к пустому рабочему столу. Одновременно разработчики поправили темное оформление, масштабирование на экранах HiDPI и индикатор для устройств с несколькими аккумуляторами. По отдельности такие правки почти незаметны, зато без них экспериментальная ОС быстро утомляет в повседневной работе.
Железо остается самой непредсказуемой частью. В beta6 исправили запуск на многих x86‑компьютерах последних пяти лет, наладили звук на ряде недорогих машин и добавили отложенное включение аудиоустройства для экономии энергии. Слой, куда почти без переделок переносят сетевой код BSD, теперь охватывает больше USB‑адаптеров Ethernet и Wi‑Fi.
Там, где полноценного видеодрайвера нет, Haiku выводит изображение через кадровый буфер EFI, а на старых BIOS использует VESA. Параллельно развивается экспериментальный порт открытых модулей ядра NVIDIA и NVK из Mesa для поддержки Vulkan — на нем уже запускали Minecraft, DOOM 3 и другие игры. Однако отдельная удачная демонстрация еще не означает, что аппаратное ускорение заработает на любом ноутбуке из магазина. Совместимость по-прежнему лучше проверять по конкретной модели до установки, а не после.
Есть и несколько шагов в сторону от привычного настольного сценария. Благодаря переносу NVMM из NetBSD QEMU умеет использовать аппаратную виртуализацию на x86_64 с Intel VT‑x и AMD‑V, хотя разработчики пока называют ее экспериментальной. В репозитории появился компилятор и среда выполнения Go, а расширенная поддержка POSIX, GNU‑ и BSD‑вызовов упростила адаптацию новых библиотек.
Изменения в FUSE понадобились для портов squashfs и exFAT. Haiku для ARM64 уже загружается до рабочего стола в виртуальной машине. В ветке, которая пока не вошла в главный репозиторий, графическую среду удалось запустить и на Apple M1. Ни ARM64, ни прочие эксперименты пока не считаются частью R1 — первый стабильный выпуск по-прежнему рассчитан на x86. Зато после него проекту будет куда двигаться, если хватит свободных рук.
В целом, проект движется медленно, но придерживается главного: сохранить дух BeOS, адаптировать его под современные реалии и не оборвать связь с прошлым. Получится ли у разработчиков-энтузиастов выпустить R1 в обозримом будущем — вопрос открытый. Но то, что они до сих пор этим занимаются спустя четверть века, уже заслуживает уважения.
